Пор-ан-Бессен, воскресенье — Жорж Сера

Пор-ан-Бессен, воскресенье — Жорж Сера

Пор ан Бессен, воскресенье   Жорж Сера

Синьяк, завзятый ценитель лодок, открыватель благодатных для живописца уголков — в прошлом году он «открыл» Коллиур, скоро «откроет» Сен-Тропез, — посоветовал Сера отправиться летом на побережье Кальвадоса, в городок Пор-ан-Бессен, куда он ездил в начале своей карьеры три года подряд — в 1882, 1883 и 1884-м.

В этом небольшом рыбачьем порту с малочисленным и трудолюбивым населением Сера приступит к серьезной работе: он использует теории Шарля Анри в серии пейзажей, пытаясь избежать поверхностного применения этих теорий. Он не намерен отступать ни от одного из положений ученого, но при этом попробует включить их в более сложную систему, сохраняющую глубину и перспективу в картине, не утрачивая при этом ее декоративной ценности. Вызов, брошенный Сера, поистине поразителен. Он ставит перед собой задачу — ни много ни мало, — с одной стороны, отнестись к картине как плоской поверхности с двумя измерениями, а с другой — придать ей третье измерение, обусловленное наличием перспективы.

В конечном счете художник мог бы себе позволить вольно интерпретировать, скажем, виды скал или набережных Пор-ан-Бессена, изменяя их по своему усмотрению. Но сделать это ему мешает отказ от воображения, отказ, который нельзя объяснить только недоверием Сера к тому, что неподвластно разуму, он исходит из глубины его натуры. Как художник, Сера принадлежал к редкой породе людей, завороженных реальностью до такой степени, что они не в силах ее исказить — слова так и останутся для них ненайденными. В случае с Сера ненайденными окажутся краски. Таким образом, ему необходимо было отыскать соответствующие его замыслу пейзажи. И поиски часто приводили его в труднодоступные места.

Почти во всех произведениях Сера пытается выиграть пари, заключенное им с самим собой. Он подвергает различные элементы марин, выстроенных по законам перспективы, незначительным деформациям, добиваясь декоративного эффекта. Так, в «Журавлях и просвете в облаках» облака громоздятся над морем извилистыми линиями. На полотне «Вход в аванпорт» море испещрено тенями невидимых облаков. Еще более отчетливо это проявляется в картине «Воскресенье», где тканям флагов приданы волнистые складки, которые с точки зрения строгого реализма можно было бы считать излишними: в самом деле, они объясняются одним только стремлением к декоративному эффекту. Благодаря этому художнику удивительным образом удалось соединить в маринах, написанных в Пор-ан-Бессене, две столь разные задачи.

Сера вводит в композицию своего пор-ан-бессенского полотна «Мост и набережные» персонажи, до этого не фигурирующие ни на одной из его марин. Помимо нескольких силуэтов на заднем плане, на переднем застыли в неподвижности таможенник, ребенок, а также женщина с какой-то ношей. Застыли, окаменели — безусловно. Но их присутствие нарушает абсолютное одиночество, характерное для марин художника. Жизнь вторгается в его одинокое царство, погруженное в невыразимо сонное оцепенение, — царство моря, берегов и причалов.

И как если бы этот прилив жизни всюду и сдерживаемые до поры жизненные силы, накаливаясь, вдруг начали вырываться наружу, распространяться везде, где только можно — в однообразные и суровые будни художника вторглось то, что он всегда старался подавить, изгнать, — та мрачная сила, которая дает рождение всему живому и его же обрекает на гибель в стихийном, обретающем самые разные формы натиске, в слепом и торжествующем порыве.