Одна из многих «бессюжетных» работ Лейтона с ориентальным привкусом. Тонкой струйкой течет вода из источника. Пока наполнятся кувшины пройдет целая жизнь. Или, быть может, бесчисленное множество жизней.
Грезы наяву Уже к концу XIX столетия творчество Лейтона стало казаться однообразным, а его полотна — устаревшими в своей отчетливости и завершенности. Эпоха, выразителем которой явился художник, безвозвратно уходила в прошлое. Все, что еще недавно вызывало восторг, погружалось в забвение, бледнело и рассыпалось на глазах, словно обветшавшая ткань. Но чем-то Лейтон сумел «зацепиться» в скрежещущем шестеренками сердце двадцатого века.
И чуть позже завершенность его картин уже выглядела неоднозначной, а отчетливость — зыбкой, нематериальной. Каждая работа Лейтона — прекрасное, почти осязаемое сновидение. Но стоит только протянуть руку, прищурить глаз — и сновидение становится призраком. Оно исчезает, растворяется, оставляя лишь несбыточную, насмешливую грезу об идеале.