Читатели газет в Неаполе — Орест Кипренский

Читатели газет в Неаполе — Орест Кипренский

Читатели газет в Неаполе   Орест Кипренский

Этот шедевр, стоящий особняком в творчестве Кипренского, до конца не разгадан до сих пор. Мы видим название французской газеты, которую читают «читатели», и тему сильно взволновавшего их сообщения — «Pologne» . То есть речь идет о событиях в Польше, где в ноябре 1830 года вспыхнуло освободительное восстание, закончившееся его жестоким подавлением царскими войсками и отменой Конституции 1815 года, дарованной Александром I польскому народу.

Европейские газеты тогда много шумели по поводу «татарских жестокостей» самодержавного режима; русское же общество в оценках происходящего раскололось. Пушкин, например, написав стихотворение «Клеветникам России», полностью встал на сторону царя. Самый главный вопрос, возникающий по поводу картины, — кто изображен на ней? Ответив на него, мы поймем ее пафос.

Сам автор в одном из писем говорил о «русских путешественниках». Но, возможно, тем самым он сознательно вводил в заблуждение зрителей, облеченных властью на его родине. Во всяком случае, существует мнение, что перед нами польские революционеры. Написать групповой портрет наш герой, скорее всего, задумал, не без задней мысли посоревноваться с Брюлловым, поднявшаяся звезда которого затмила былую европейскую славу Кипренского. Это последнему стало ясно сразу же по возвращении в Италию в 1829 году. Соревнование вышло небезынтересным, хотя в процессе реализации замысла автор «Читателей газет» «побежал» совсем не по той «беговой дорожке», на которой ставил свои рекорды его соперник.

Групповой портрет Кипренского — помимо того, что как бы самостоятельно, никого об этом не спрашивая, перерос в жанр, — оказался совершенно новаторским в формальном смысле: в нем автор выстроил целое исключительно на психологической взаимосвязи персонажей, объединенных едиными мыслями, заботами и волнением. Вот это-то волнение и сосредоточенное внимание и стали камнем преткновения для современников, не слишком верившим в то, что польские события могут столь сильно заинтересовать праздных русских путешественников. Заговорили о «лицах польской национальности». Даже о том, что одним из персонажей картины является Адам Мицкевич, о чьей нелюбви к России было известно каждому.

Император Николай I не поддержал подобных трактовок. Президент Академии художеств А. Оленин, сообщая художнику в Италию о публичном показе его картин на состоявшейся осенью 1833 года академической выставке, писал: «Картины ваши, и в особенности Путешественники, восхищали зрителей, стечение которых было необыкновенно. Государь император весьма любовался вашими произведениями, опрашивал, кому они принадлежат…» Наш художник, попытавшись воспроизвести то групповое внимание, что легло в основу этого шедевра, остановился на двух персонажах, изображенных слева.