Руанский собор — Клод Моне

Руанский собор — Клод Моне

Руанский собор   Клод Моне

Только Моне мог превратить огромную массу известняка в чистую вибрацию света. Художники и раньше писали различные вариации одного и того же мотива. Но что превращает картины Моне в серии — это его стремление писать практически один и тот же вид при различном состоянии атмосферы и освещения.

Последовательно отображая перемену освещения от утренней зари до вечерних сумерек, Клод Моне написал пятьдесят видов величественного готического фасада, растворяющегося в свете. Тайну создания этой серии с изображением собора в Руане Моне оберегал вначале даже от друзей. Похоже он никогда не писал с таким напряжением и внутренним сомнением.

В течении 2-х лет Моне неоднократно приезжал в Руан и привозил в Живерни незаконченные эскизы и дорабатывал их в мастерской. Единственным намерением художника было передать свет через цвет и показать, как меняется цвет от состояния и характера света; показать, что свет не существует сам по себе, а возможно, и материя не существует — лишь изменчивая ее иллюзия. В феврале 1892 года Моне впервые снял небольшую комнату напротив собора.

В этом и следующем году он писал западный фасад собора с трех точек зрения, которые лишь незначительно отличаются друг от друга. Серия «Соборов» является не только вершиной в творчестве зрелого мастера, но отмечает также его окончательную победу. В мае 1895 года в галерее Дюран-Рюэля были выставлены двадцать из большого числа картин, образующих серию, посвященную руанскому собору. Выставка имела большой успех.

Картины занимали целый зал и были вывешены по плану Моне: сначал серая серия — огромная темная масса, которая постепенно все более и более светлеет, затем белая серия, незаметно переходящая от слабого мерцания, ко все усиливающейся игре света, достигающей своей кульминации в полотнах радужной серии; и далее синяя серия, где свет постепенно смягчается в синее, тающей, как светлое небесное видение Западный фасад, срезанный рамой — фантастическая декорация этого шедевра «пламенеющей» готики скрывает массив огромного здания. Под кистью Моне все теряет свою определенность и вещественность.

Грандиозный фасад превращается в своего рода грандиозный экран, в котором отражаются сложные эффекты преломляющегося света. Камень словно плавится в струях заходящего солнца; в утренние часы фасад подгружен в фиолетовую тень, прорезываемую вспышками оранжевого света. Вверху — голубое пятно неба, невесомыми стали каменные арки над фасадами, растворился в тени узор окна, исчезли четкие грани между отдельными элементами конструкции. Полуденное солнце загорается медово-золотистым пламенем на освещенных гранях архитектуры, свечение исходит как бы изнутри камня.

Здесь нет пространства, объема, весомости, фактуры материала. Игра световых рефлексов пораждает призрак собора. Друг Моне, политик, а позднее премьер-министр Жорж Клемансо хлопотал о покупке картин государством. Однако отношение официальных учреждений оставалось по-прежнему негативным. Серия, которую мастер создал и выставил как единое целое, разошлась по разным странам.